Форум Татарского исторического архива

АНТРОПОЛОГИЯ БЕСЕРМЯН, Г. А. Аксянова

samtat

  • *****
  • 921
АНТРОПОЛОГИЯ БЕСЕРМЯН
Г.А. Аксянова

В статье рассматривается проблема происхождения бесермян по данным физической антропологии. Сравниваются полевые данные по фамильному составу, этнической самоидентификации и родному языку бесермян, удмуртов и татар. Антропологическое сходство трех соседних групп очень значительно, однако бесермяне и чепецкие татары демонстрируют в отдельных признаках существенное приближение также к тюркским народам Среднего Поволжья. Бесермяне являются неотъемлемой частью дославянского автохтонного населения Волго-Камского бассейна. Полученные результаты не исключают участия булгарского компонента в формировании бесермян, антропологически ассоциируемого с южными европеоидами...

текст:
https://www.google.ru/url?sa=t&rct=j&q=&esrc=s&source=web&cd=18&ved=0CDIQFjAHOAo&url=http%3A%2F%2F91.190.232.206%3A8080%2Fperiod11%2FEtnizheskoye_obzreniye%2FEtnizheskoye_obzreniye_12_02.doc&ei=WIrVVMa2KtTtap7LgZAF&usg=AFQjCNHLGhGcgZw5ddcPSokVlOyXFNdn5g&sig2=iFIfNLdiY78z4ZrAjX__jA&bvm=bv.85464276,d.d2s&cad=rjt
приложения:
http://journal.iea.ras.ru/online/2012/2012_2_196_238_Aksyanova.pdf

samtat

  • *****
  • 921
Re: АНТРОПОЛОГИЯ БЕСЕРМЯН, Г. А. Аксянова
« Ответ #1 : 07 Февраля 2015, 13:07:21 »
Цитата из работы:



Рис. 5П иллюстрирует, на примере пятнадцати этнолокальных групп от карелов до сибирских татар, соотношение трех расовых комплексов: южноевропеоидного,монголоидного (азиатского, восточного) и обскоугорского (уральского). Бесермяне показали, во-первых, общий с финноязычными народами и чепецкими татарами низкий уровень монголоидных особенностей, во-вторых, минимальное значение по уральскому вектору, редставленному северными манси, в-третьих, максимальную, как и чепецкие татары, выраженность южных - понтийских европеоидных черт внешности. Можно уверенно сказать, что у бесермян усилены те расовые тенденции, которые в целом выделяют удмуртов на фоне пермских финнов и марийцев. И этот южный компонент в определенной степени сближает все  финноязычные группы Удмуртии с тюрками Поволжья. Новые антропологические сведения дополнительно подтверждают усиление южноевропеоидного компонента в расовой характеристике бесермян, их весьма вероятную генетическую связь с теми тюркоязычными популяциями Европы, формирование которых проходило на основе взаимодействия южного европеоидного (понтийского) и восточноевропейского (поволжского) населения без ощутимого в настоящее время влияния азиатских монголоидных элементов.

На следующем этапе исследования было необходимо уточнить место антропологической характеристики бесермян в массиве локальных групп современного финно-тюркского пограничья в регионе Среднего Поволжья, для чего применялся еще один эффективный инструмент многомерной статистики - факторный анализ методом главных компонент (по материалам табл. 1). В ходе анализа программой выделено три значимые главные компоненты (ГК 1-3), которые описывают 77,63% совокупной изменчивости признаков (см. табл. 3; рис. 6П и 7П).



ГК 1 (35,73%) - это преимущественно южный европеоидный вектор, повышение значений которого определяют увеличение длины тела и лицевого указателя (лицо более узкое), большая профилированность лица и спинки носа, слабое выступание скул, преобладание выпуклых спинок носа над вогнутыми при усилении роста бороды, а также пигментации волос и глаз. Одновременно отмечена средняя по значению, положительная корреляция этого фактора с наличием эпикантуса, что можно рассматривать как присутствие южносибирского влияния.
ГК 1 выделяет большинство татарских групп (особенно мишарских, а также казанских Арского и
Зеленодольского р-нов), бесермян, кряшен и чувашей.

ГК 2 (21,16%) - фактор, условно названный "удмуртский феномен"; он в сильной мере подчеркивает узкорегиональную специфику групп в бассейне р. Вятки. Егоувеличение обусловлено, главным образом, высоким челюстно-лобным указателем (более 100%) в сочетании с повышенной частотой рыжих волос; второстепенное значение имеют понижение головного указателя при росте лицевого, увеличение ширины носа и уменьшение частоты эпикантуса. ГК 2 отделяет прежде всего группы с территории Удмуртии, особенно бесермян и южных удмуртов, и к тому же разделяет елабужских татар с основным тюркским массивом, а марийцев с коми (см.рис. 6П).

ГК 3 (20,74%) - монголоидный вектор, с которым связано ослабление бороды, понижение переносья, более прямые волосы и усиление пигментации, наличие эпикантуса. Данный комплекс признаков маркирует как уральское, так и южносибирское направление расогенетических связей.

Как видно на рис. 7П, характеристика бесермян сильнее других финноязычных групп приближена к татарам Волго-Камья, особенно к приволжским локальным группам Зеленодольского и Буинского р-нов Татарстана. Две чувашские группы, среди которых и низовые чуваши Буинского р-на, аналогично марийцам обнаружили усиление монголоидного комплекса по сравнению с казанскими татарами, мишарями и кряшенами. Все группы на графике распределились упорядоченно, ярко демонстрируя антропологическую составляющую финно-тюркской границы в Урало-Поволжье: левую и нижнюю половину координатного поля занимают марийцы, коми, удмурты, а правую и верхнюю половину - татары и чуваши. Ряд групп находятся на границе ареалов языковых массивов, являясь носителями переходных антропологических комплексов. Эта промежуточная зона с финской стороны представлена удмуртами и бесермянами, причем последние располагаются уже в массиве тюркских групп. Антропологически пограничными группами в тюркской среде являются периферийные группы казанских татар (чепецкие,елабужские) и дисперсная выборка заволжских кряшен. Вся картина определенно говорит о сложном антропологическом составе народов Поволжья и существенном вкладе не только финноязычного субстратного, но и тюркоязычного населения в формирование бесермян.

* * *

Итак, бесермяне - это группа автохтонного средневолжского генезиса,синтезировавшая особенности финно- и тюркоязычного пластов региона. В таксономическом плане очевидно, что расовая характеристика современных бесермян, так же как удмуртов и татар Поволжья, не характеризуется уральским комплексом черт (в форме субуральского или сублапоноидного типов по традиционной схеме). Как можно судить по более ранним и палеоматериалам такие уралоидные варианты имели распространение в Волго-Камском бассейне еще в средневековье и вплоть до середины XX века. Однако приток с запада и юга европеоидного или смешанного населения, биологические контакты и частичная смена населения снизили долю более древнего уральского компонента до ничтожной величины. Для современного периода удачной представляется классификационная схема В. Е. Дерябина (Дерябин 1998а, Дерябин 1998б) и отнесение характеристики изученных нами групп к волжско-камско-степному европеоидному типу, в формировании которого признается участие субуральского (в широком смысле, включая древнеуральский пласт) и понтийского комплексов. Хотя современные границы уральской группы типов ("расы") уже не распространяются западнее Урала, однако в составе аборигенных популяций Урало-Поволжья имеется большая или меньшая доля этого субстратного компонента. Азиатские монголоидные элементы в разные эпохи попадали в этот регион также южным путем, а на севере -арктическим. По морфологическим критериям и данным этногеномики в современных популяциях восточных финнов, татар и чувашей доля восточного компонента очень мала. Типологическая оценка промежуточных комплексов всегда проблематична, тем более в столь гомогенном по расовым маркерам пространстве. Антропологические различия между финноязычными удмуртами и тюркоязычными татарами северной Удмуртии очень малы, что затрудняет альтернативное решение вопроса о большей генетической близости бесермян к группам одного из контактных этнолингвистических массивов. Уверенно можно констатировать, что популяция бесермян, как и популяция чепецких татар, в настоящее время ближе к массиву соседнего удмуртского населения, чем к этническому ядру татарского и чувашского населения более южных областей волжско-камского региона. При этом на локальном уровне именно бесермяне среди финноязычных популяций больше приближаются к ряду казанскотатарских и мишарских групп благодаря усилению южного европеоидного компонента. По всей видимости, несколько столетий проживания бесермян и татар в непосредственной территориальной близости с северными удмуртами привели к существенной унификации генофондов трех этнических групп. Главным механизмом были, очевидно, межэтнические брачные контакты, существенный вклад которых в этот процесс документирован данными о выборках метисов.

На наш взгляд, трудно, если вообще возможно, биологически дифференцировать совокупности "испытавших сильное тюркское воздействие удмуртов" и "общность ассимилированных тюрков" (см. выше перечисление гипотез формирования бесермян). С точки зрения aнтропологии вопрос кажется риторическим, так как предполагаемые территории "прародины" бесермян (северные районы современной Чувашии и Татарии) в позднем средневековье были местом взаимных ассимиляционных процессов между финно- и тюркоязычными группами, в том числе потомками булгарского населения и древними удмуртскими популяциями.